Журналист и крипто-инвестор Максим Рубченко рассказал о феномене криптовалюты Ripple.

Шестое марта миновало, а чуда не произошло. Три дня назад по рынку пронесся слух, что в этот день CEO Ripple Брэд Гарлингхаус и главный операционный директор биржи Coinbase Асиф Хиржи встретятся в программе «Fast Money» на CNBC, чтобы объявить о добавлении XRP в листинг биржи. На этих ожиданиях цена риппл за понедельник выросла на 16%, но уже во вторник пошла на снижение — трейдеры принялись фиксировать прибыль, не очень веря в реальность такого развития событий.

Скептики оказались правы: вчера вечером Coinbase в своем официальном Twitter сообщила, что не принимала решение добавлять новые активы ни на GDAX, ни на Coinbase. «Любое противоположное заявление ложно и не подтверждено компанией», — отмечает биржа, напомнив, что 4 января уже заявляла о нежелании вводить поддержку новых токенов и это заявление «остается в силе».

Фиаско с Coinbase вызвало очередную волну дискуссий в трейдерских чатах между ненавистниками Ripple, считающими XRP обычным скамом, и поклонниками монеты, уверенными, что она может принести большую прибыль. Обе стороны из раза в раз приводят одни и те же справедливые аргументы, из которых получается объективная, но крайне противоречивая картина, содержащая множество различных «но».

Итак, Ripple, безусловно, весьма перспективная технология, в основе которой лежит идея создания «интернета ценностей», где деньги смогут перемещаться со скоростью распространения информации. Технология основана на протоколе RPCA — Ripple Protocol Consensus Algorithm, который обеспечивает возможность мгновенного проведения транзакций от отправителя к получателю. При этом, в отличие от биткоина и эфира, транзакции не являются безотзывными, то есть их можно вернуть и отменить.

Рипплофобы видят в этом огромный минус — ущерб надежности. Сторонники — большой плюс: ошибочные транзакции в банках возникают регулярно (в конце февраля Сбербанк признал случаи двойного списания средств с карточек своих клиентов), так что с практической точки зрения Ripple для банков намного предпочтительнее «классического» биткоина, в который невозможно внести изменения задним числом.

При этом и сторонники, и противники сходятся в том, что данная технология может считаться блокчейном лишь с большими оговорками, поскольку не предполагает полной децентрализации: информация о транзакциях хранится на серверах доверенных партнеров в так называемой «разрешенной» сети. За прошлый год число таких доверенных партнеров выросло в четыре раза и сейчас приближается к сотне. С одной стороны, по сравнению с блокчейнами биткоина и эфира, это просто ноль. Но, с другой стороны, каждая транзакция в сети Ripple, по сути, подтверждается несколькими десятками свидетелей, в качестве которых выступают крупные мировые банки и платежные системы. Для любого суда этого было бы более чем достаточно.

Таким образом, можно сделать вывод, что технология Ripple имеет большие перспективы, подтверждением чего могут служить регулярные новости о том, что тот или иной банк провел успешные тестирования для проведения платежей. Но, с другой стороны, технология Ripple и одноименная монета с торговым индексом XRP очень мало связаны между собой.

Дело в том, что компания Ripple поставляет три продукта на базе блокчейна для финансовых структур: xCurrent, который позволяет банкам осуществлять мгновенные и дешевые транзакции, xVia, предоставляющий аналогичные возможности небанковским структурам, и xRapid, позволяющий повышать ликвидность при совершении транзакций на развивающихся рынках, используя токены Ripple в качестве промежуточной валюты.

Это значит, что когда тот или иной банк или платежная система сообщает об успешном тестировании технологии Ripple, речь, как правило, идет о продуктах xCurrent и xVia, не предусматривающих использования XRP-токенов. Другими словами, спрос на монеты Ripple при этом не растет.

Новости о том, что технологию Ripple успешно применила та или иная компания, большинство трейдеров рассматривают как сигнал о росте котировки токена: или потому что не знают о разнице между технологией и монетой, или же потому что считают, будто «толпа» в этом не разбирается и начнет покупать XRP. Так или иначе, срабатывает феномен «самосбывающегося пророчества», когда ожидая какого-то движения котировок, участники рынка сами становятся катализатором этого движения. К тому же, такие новости оказываются хорошим поводом для пампа, что также разгоняет котировки.

Регулярные позитивные новости, связанные с использованием Ripple банками, могли бы способствовать стабильному росту котировок монеты, если бы не тот факт, что большая часть токенов принадлежит основателям XRP. Хотя эти средства сей­час за­бло­ки­ро­ва­ны и ве­ро­ят­ность про­да­жи неве­ли­ка, эта про­бле­ма по-преж­не­му бес­по­ко­ит мно­гих. Придуманная компанией система заблокировала 55 миллиардов токенов XRP на эскроу-счете, с которого ежемесячно на рынок будет вываливаться 1 миллиард монет.

Алгоритм выброса токенов на биржи неизвестен, однако, вряд ли топ-менеджеры компании Ripple, которые фактически являются владельцами этих токенов, будут продавать их равными порциями ежедневно. Это было бы очень честно, но очень глупо.

Скорее всего, они будут выставлять тейк-профиты с расчетом на рост котировок. Это означает, что как только цены на XRP подскочат, на рынок будет вываливаться огромная порция монет. В чайник, готовый закипеть, будет добавляться стакан холодной воды с понятными результатами.

Последствия таких действий для доверия к монете слишком очевидны, а если интерес к покупкам XRP упадет, то «виртуальные миллиардеры» — топ-менеджеры Ripple — рискуют остаться ни с чем. Поэтому вряд ли они будут действовать тупо и грубо и сильного давления на котировки не допустят. Кстати, многие трейдеры уверены, что регулярно возникающие прогнозы о включении XRP в листинги GDAX и Coinbase, генерируются самими риппловцами с целью поддержания котировок монеты.

Этим перечислением потенциальные плюсы и риски XRP отнюдь не исчерпываются. Можно, например, добавить, что с каждой транзакцией часть токенов сжигается, следовательно, чем больше финансовых структур будут использовать технологию Ripple, тем меньше монет будет оставаться на рынке. И это хорошо для роста котировок. Но плохо то, что количество «сжигаемых» монет невелико в масштабах рынка, и реальное влияние этих процессов на котировки может занять несколько лет.

Так что неудивительно, что XRP оказывается едва ли не самой волатильной криптовалютой среди лидеров капитализации. Сейчас заработать на риппле можно, отыгрывая новости об успешном применении в том или ином крупном банке. Правда, это работает только при растущем или вялом рынке, потому что на падающем рынке XRP оказывается в лидерах снижения, несмотря на позитивные новости.

Средне- и долгосрочные вложения в XRP выглядят в целом достаточно перспективными. Учитывая, в частности, что главные держатели этих монет — топ-менеджеры компании Ripple — в ближайшие четыре с половиной года будут лично заинтересованы в поддержании высоких котировок этого токена.