Регулирующие органы во всем мире считают, что невероятно сложно контролировать взрывной рост валюты, не связанной ни с одной страной.

Президент России Владимир Путин стал одним из последних в череде политиков, призывающих к регулированию криптовалют. Он заявил, что есть «серьезные риски» того, что криптовалюты могут использоваться для отмывания денег или уклонения от уплаты налогов. Министр финансов страны Антон Силуанов призвал ввести для цифровых валют такое же регулирование, как для ценных бумаг, а Банк России обещает вместе с прокуратурой блокировать сайты, которые позволяют розничным инвесторам торговать биткоинами.

«Мы считаем, что это пирамида», — сказал первый заместитель председателя ЦБ Сергей Швецов.

Чиновники по всему миру вплотную занялись вопросами регулирования биткоина в сентябре, после того как Китай ввел запрет на ICO и приказал закрыть крупные криптобиржи, перед этим потратив шесть месяцев на аудит более 1000 площадок.

По меньшей мере 13 других стран ввели новые правила обращения криптовалют или объявили о планах ужесточить существующие нормы. В частности, Южная Корея также запретила ICO. На прошлой неделе член Совета управляющих Европейского центробанка Эвальд Новотны сказал, что банк обсуждает «конкретные законодательные ограничения» на продажу криптовалют.

Создатели биткоина, самой популярной цифровой валюты, предусмотрели такое развитие событий и подготовились к нему. Поскольку биткоин работает в одноранговой сети, пользователи могут покупать и продавать монеты, а также защищать и консервировать систему без участия правительств и центробанков. Пытаться контролировать его — все равно что «ловить воду», — сказал Алекс Тапскотт, исполнительный директор NextBlock Global, венчурной фирмы, которая инвестирует в блокчейн-стартапы.

страны криптовалют

Через де­вять лет после того как за­га­доч­ный про­грам­мист, на­звав­ший­ся Са­тоши На­ка­мо­то, от­крыл миру бит­ко­ин, неко­то­рые рас­смат­ри­ва­ют крип­то­ва­лю­ты как ре­во­лю­ци­он­ную тех­но­ло­гию, ко­то­рая лишит пра­ви­тель­ства вла­сти и от­даст ее граж­да­нам; по­доб­ный эф­фект дают кар­ман­ные ви­део­ка­ме­ры в руках граж­дан­ских ак­ти­ви­стов или со­ци­аль­ные сети во время «Араб­ской весны».

«По мере того, как крип­то­ва­лю­ты ста­но­вят­ся по­пу­ляр­нее, их спо­соб­ность про­ти­во­сто­ять по­ли­ти­кам также рас­тет. Бит­ко­ин — одна из самых важ­ных осво­бо­ди­тель­ных тех­но­ло­гий в ис­то­рии че­ло­ве­че­ства, на­равне с пе­чат­ным стан­ком или ин­тер­не­том», — ска­зал бит­ко­ин-ин­ве­стор Род­жер Вер, по­лу­чив­ший про­зви­ще «бит­ко­ин-Иисус» за свои уси­лия по про­дви­же­нию крип­то­ва­лю­ты в пер­вые годы ее су­ще­ство­ва­ния.

Циф­ро­вые ва­лю­ты су­ще­ству­ют в ком­пью­те­рах и могут хра­нить­ся мил­ли­о­на­ми людей по всему миру. Их можно по­ку­пать и про­да­вать он­лайн или при лич­ной встре­че. Даже если по­бли­зо­сти нет бан­ко­ма­та или пунк­та об­ме­на валют, любой, у кого есть до­ступ в ин­тер­нет, может при­об­ре­сти бит­ко­и­ны. На них можно ку­пить бук­валь­но все: от бу­тер­бро­да до жилья или ис­поль­зо­вать их как ин­ве­сти­ци­он­ный ин­стру­мент.

Ты­ся­ча дол­ла­ров, вло­жен­ная в бит­ко­ин в 2012 году, сей­час пре­вра­ти­лась бы в 4,9 млн дол­ла­ров. При этом число тран­зак­ций с уча­сти­ем бит­ко­и­на про­дол­жа­ет расти. По дан­ным CoinDesk, оно вы­рос­ло с 60 тыс. в день в 2013 году до 291 тыс. штук в день во вто­ром квар­та­ле 2017-го и сей­час в два раза пре­вы­ша­ет число тран­зак­ций с дру­ги­ми круп­ны­ми крип­то­ва­лю­та­ми.

Темная сторона

Ра­зу­ме­ет­ся, у крип­то­ва­лют­но­го рынка есть и тем­ная сто­ро­на. Бит­ко­ин стал из­вест­ным бла­го­да­ря Silk Road, он­лайн-пло­щад­ке, на ко­то­рой про­да­ва­лись ору­жие, нар­ко­ти­ки и дру­гих за­пре­щен­ные за­ко­ном вещи. Он по-преж­не­му ис­поль­зу­ет­ся для пре­ступ­ных сде­лок в даркве­бе даже после за­кры­тия Silk Road. Эту ва­лю­ту вы­би­ра­ют и ха­ке­ры, взла­мы­ва­ю­щие ком­пью­те­ры по всему миру, от боль­ниц до от­де­лов по­ли­ции. Даже пра­ви­тель­ство Се­вер­ной Кореи копит бит­ко­и­ны, на­де­ясь с их по­мо­щью обой­ти меж­ду­на­род­ные санк­ции.

Имен­но по­это­му Джеймс Дай­мон, глав­ный ис­пол­ни­тель­ный ди­рек­тор JPMorgan Chase&Co., счи­та­ет бит­ко­ин «мо­шен­ни­че­ством», ко­то­ро­му суж­де­но рух­нуть, по­сколь­ку его ис­поль­зо­ва­ние вы­мо­га­те­ля­ми, нар­ко­тор­гов­ца­ми и ору­жей­ны­ми ба­ро­на­ми рано или позд­но убе­дит вла­сти, что крип­то­ва­лю­ты нужно оста­но­вить. «Кто-то обя­за­тель­но будет убит, и лишь тогда вла­сти об­ра­тят­ся к этой про­бле­ме. Вы толь­ко что ви­де­ли, (что про­ис­хо­дит) в Китае, пра­ви­тель­ства хотят кон­тро­ли­ро­вать де­неж­ную массу», — ска­зал Дай­мон.

Ва­лю­та, не от­но­ся­ща­я­ся ни к од­но­му го­су­дар­ству и при этом кон­ку­ри­ру­ю­щая с на­ци­о­наль­ной ва­лю­той, долж­на бес­по­ко­ить главу лю­бо­го цен­тро­бан­ка. Од­на­ко опыт Китая по­ка­зы­ва­ет, что бо­роть­ся с крип­то­ва­лю­та­ми слож­нее, чем ка­жет­ся. Хотя после жест­ких мер ки­тай­ско­го пра­ви­тель­ства цена бит­ко­и­на об­ва­ли­лась почти на 30%, он, несмот­ря на меры, при­ни­ма­е­мые вла­стя­ми дру­гих стран, отыг­рал все по­те­ри и к се­ре­дине ок­тяб­ря по­ста­вил новый ис­то­ри­че­ский ре­корд.

По дан­ным CryptoCompare, на Китай, быв­ший ко­гда-то круп­ней­шим крип­то­ва­лют­ным рын­ком, сей­час при­хо­дит­ся толь­ко 1,5% ми­ро­во­го обо­ро­та бит­ко­и­на, а на Япо­нию, чьи вла­сти ока­за­лись более от­кры­ты­ми по от­но­ше­нию к циф­ро­вым ва­лю­там, — 60%.

Майнинг биткоина

Китай оста­ет­ся ли­де­ром в об­ла­сти мощ­но­стей для май­нин­га бит­ко­и­на. До сих пор ре­гу­ля­то­ры воз­дер­жи­ва­лись от любых дей­ствий в этой об­ла­сти. По сло­вам Ву Джи­ха­на, ге­не­раль­но­го ди­рек­то­ра круп­ней­шей в мире май­нин­го­вой ком­па­нии Bitmain Technologies, мест­ные вла­сти могут ле­галь­но со­зда­вать май­нин­го­вые фермы, так как они не за­гряз­ня­ют окру­жа­ю­щую среду и счи­та­ют­ся ча­стью хай­тек-ин­ду­стрии.

Крип­то­ва­лю­ты при­вле­ка­ют людей в тех ре­ги­о­нах, где су­ще­ству­ют огра­ни­че­ния на вывод денег за гра­ни­цу либо мест­ная ва­лю­та ослаб­ля­ет­ся из-за ин­фля­ции. В стра­да­ю­щей от обеих этих про­блем Ве­не­су­э­ле еже­не­дель­ный объем тор­гов бит­ко­и­на­ми по­ста­вил ре­корд в на­ча­ле ап­ре­ля, когда на­ча­лись же­сто­кие столк­но­ве­ния между про­те­сту­ю­щи­ми и по­ли­ци­ей. Тогда вла­сти стра­ны про­ве­ли рейды про­тив май­не­ров, об­ви­нив их в «ин­тер­нет-мо­шен­ни­че­стве и краже элек­тро­энер­гии».

То же самое со­че­та­ние кон­тро­ля за вы­во­дом ка­пи­та­ла, вы­со­кой ин­фля­ции и сла­бой на­ци­о­наль­ной ва­лю­ты стало при­чи­ной по­пу­ляр­но­сти бит­ко­и­на и в дру­гих стра­нах Ла­тин­ской Аме­ри­ки. Спрос на бит­ко­ин в Ар­ген­тине вырос в 2013 году, после того как быв­ший пре­зи­дент стра­ны Кри­сти­на Фер­нан­дес де Кирш­нер за­пре­ти­ла по­ку­пать дол­ла­ры, а Эк­ва­дор и Бо­ли­вия от­но­сят­ся к числу немно­гих стран, в ко­то­рых ино­стран­ная ва­лю­та прямо за­пре­ще­на.

На­про­тив, Ве­ли­ко­бри­та­ния осво­бо­ди­ла бит­ко­ин от на­ло­га на до­бав­лен­ную сто­и­мость и в во­про­сах кор­по­ра­тив­но­го на­ло­го­об­ло­же­ния при­рав­ня­ла его к ино­стран­ной ва­лю­те. Эта стра­на одной из пер­вых опуб­ли­ко­ва­ла чет­кие ука­за­ния, за­явив в 2014 году, что «бит­ко­ин может счи­тать­ся ин­ве­сти­ци­ей или ис­поль­зо­вать­ся для опла­ты то­ва­ров или услуг в тех тор­го­вых точ­ках, где его при­ни­ма­ют».

Криптолюбивая Япония

Япо­ния в ап­ре­ле этого года при­зна­ла бит­ко­ин ле­галь­ным пла­теж­ным сред­ством, а позд­нее за­ня­лась ре­гу­ли­ро­ва­ни­ем крип­то­ва­лют­ных бирж, дав мест­ным пред­при­ни­ма­те­лям яс­ность и под­держ­ку в этом во­про­се. Что-то по­хо­жее может сде­лать и Вьет­нам.

Ко­мис­сия по тор­гов­ле то­вар­ны­ми фью­черса­ми США в сен­тяб­ре 2015 года клас­си­фи­ци­ро­ва­ла бит­ко­ин как товар, а в этом году дала раз­ре­ше­ние на ра­бо­ту пер­вой ком­па­нии, спе­ци­а­ли­зи­ру­ю­щей­ся на трей­дин­ге и кли­рин­ге крип­то­ва­лют­ных оп­ци­о­нов.

Ко­мис­сия по цен­ным бу­ма­гам и бир­жам США в июле за­яви­ла, что то­ке­ны, вы­пу­щен­ные на ICO, будут счи­тать­ся цен­ны­ми бу­ма­га­ми и ре­гу­ли­ро­вать­ся со­от­вет­ству­ю­щим об­ра­зом «за от­дель­ны­ми ис­клю­че­ни­я­ми».

Хотя уси­лия пра­ви­тель­ства по борь­бе с циф­ро­вы­ми ва­лю­та­ми были чре­ва­ты, более важ­ной тен­ден­ци­ей может быть рас­ту­щее число управ­ля­ю­щих фон­да­ми, ко­то­рые рас­смат­ри­ва­ют крип­то­ва­лю­ты как ин­ве­сти­ци­он­ные ак­ти­вы.

«Что более ин­те­рес­но, так это рас­ту­щая ис­ку­шен­ность ин­сти­ту­ци­о­наль­ных ин­ве­сто­ров в во­про­сах по­куп­ки крип­то­ва­лют. Этот новый тип по­ку­па­те­ля счи­та­ет, что это всего крат­ко­сроч­ное из­ме­не­ние конъ­юнк­ту­ры. В крат­ко­сроч­ной пер­спек­ти­ве в крип­то­ва­лю­ту могут быть вло­же­ны зна­чи­тель­ные суммы», — ска­зал Нолан Бау­эрл, ди­рек­тор по ис­сле­до­ва­ни­ям в CoinDesk.

Сей­час в мире су­ще­ству­ет по мень­шей мере 68 хедж-фон­дов, ори­ен­ти­ро­ван­ных на крип­то­ва­лю­ты, мно­ги­ми из них управ­ля­ют люди с Уо­лл-стрит.